Судебная практика предварительное следствие

Дело N261-О

Судебная практика предварительное следствие
Законы и кодексы » Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации » Часть 2. Досудебное производство » Раздел VIII. Предварительное расследование » Глава 22. Предварительное следствие » Статья 162. Срок предварительного следствия » Дело N261-О.

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 28 февраля 2017 г. N 261-О

ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА

ГАРМАЕВА НИКИТЫ ЭДУАРДОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО

КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ЧАСТЬЮ ШЕСТОЙ СТАТЬИ 162

УГОЛОВНО – ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина Н.Э. Гармаева к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,

установил:

1. Постановлениями следователя от 21 и 24 марта 2015 года прекращено уголовное преследование гражданина Н.Э. Гармаева и приостановлено предварительное следствие по данному уголовному делу.

Постановлением прокурора от 2 сентября 2015 года решение о приостановлении предварительного следствия отменено, а материалы дела направлены руководителю следственного органа, который постановлением от 21 сентября 2015 года возобновил предварительное следствие, установив его срок (один месяц). 29 сентября 2015 года следователь принял уголовное дело к своему производству.

С законностью таких действий согласился суд апелляционной инстанции, рассмотрев жалобу на постановленный 12 июля 2016 года в отношении Н.Э. Гармаева обвинительный приговор (определение от 22 сентября 2016 года).

В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации Н.Э.

Гармаев просит признать не соответствующей статьям 18 , 45 (часть 1) , 46 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации часть шестую статьи 162 “Срок предварительного следствия” УПК Российской Федерации, утверждая, что по смыслу, придаваемому ей правоприменительной практикой, эта норма позволяет не включать в срок предварительного следствия период с момента отмены прокурором постановления о приостановлении производства по уголовному делу до момента поступления дела к следователю и принятия им дела к своему производству.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.

Часть шестая статьи 162 УПК Российской Федерации определяет, что при возобновлении производства по приостановленному или прекращенному уголовному делу, а также при возвращении уголовного дела для производства дополнительного следствия руководитель следственного органа, в производстве которого находится уголовное дело, вправе устанавливать срок предварительного следствия в пределах одного месяца со дня поступления уголовного дела к следователю вне зависимости от того, сколько раз оно до этого возобновлялось, прекращалось либо возвращалось для производства дополнительного следствия, и вне зависимости от общей продолжительности срока предварительного следствия; дальнейшее продление срока предварительного следствия производится на общих основаниях в порядке, установленном частями четвертой , пятой и седьмой данной статьи .

Приведенная нормативная конструкция рассчитана на различные ситуации, возникающие в связи с возобновлением производства по приостановленному или прекращенному уголовному делу, а также с возвращением уголовного дела для производства дополнительного следствия, и предполагает широкий круг лиц, обращения которых могут служить поводом для таких процессуальных решений.

Установление срока дополнительного следствия по правилам части шестой статьи 162 УПК Российской Федерации с указанием процессуальных действий, которые необходимо произвести, направлено на оптимизацию расследования, с тем чтобы сократить его сроки в различных ситуациях, в том числе при отмене руководителем следственного органа, прокурором или судом постановления о прекращении уголовного дела или уголовного преследования ( статья 214 данного Кодекса). Применение же общего порядка продления сроков предварительного расследования – при наличии разных поводов и оснований к возобновлению производства по уголовному делу – приводило бы к увеличению времени для принятия соответствующих процессуальных решений, а значит, к удлинению этих сроков.

Вместе с тем применение части шестой статьи 162 УПК Российской Федерации возможно только в единстве с закрепленными в его статьях 6.

1 и 7 принципами законности и разумного срока уголовного судопроизводства, предполагающими соблюдение требований законности, обоснованности и мотивированности процессуальных решений и принятие прокурором, руководителем следственного органа необходимых мер, направленных на ускорение расследования и рассмотрения уголовного дела. Указанные требования уголовно-процессуального закона в полной мере распространяются на процессуальную деятельность следователя, руководителя следственного органа и прокурора, связанную с принятием ими решений о возобновлении производства по приостановленному или прекращенному уголовному делу, а также о возвращении уголовного дела для производства дополнительного следствия.

Тем самым механизм принятия и проверки решений руководителя следственного органа, в производстве которого находится уголовное дело, об установлении срока предварительного следствия в порядке части шестой статьи 162 УПК Российской Федерации в пределах одного месяца – притом что процессуальная деятельность следственного органа, как отметил Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 24 октября 2013 года N 1699-О, контролируется прокуратурой, осуществляющей надзор за органами дознания и предварительного следствия, а указанные решения могут быть обжалованы как руководителю вышестоящего следственного органа, прокурору, так и в суд – не является произвольным. Данная норма не лишает лиц, чьи права и законные интересы нарушаются соответствующими процессуальными решениями, права на судебную и ведомственную защиту, в рамках которой осуществляется оценка их законности и обоснованности с установлением при этом как юридических, так и фактических оснований, обусловивших принятие конкретных решений, связанных с ограничением прав и свобод граждан (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2015 года N 1541-О , N 1542-О и N 1543-О ).

Как следует из жалобы, неконституционность оспариваемой нормы заявитель связывает не с ее содержанием, а с тем, что предусмотренный ею месячный срок предварительного следствия был исчислен в его деле не со дня отмены прокурором постановления о приостановлении производства по уголовному делу, а с момента принятия следователем этого уголовного дела к своему производству. Между тем в данный период никаких следственных или иных процессуальных действий в отношении Н.Э. Гармаева и по сбору доказательств его виновности не проводилось, а потому отсутствуют основания утверждать, что права заявителя в его конкретном деле были нарушены.

Таким образом, данная жалоба, как не отвечающая критерию допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации, не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43 , частью первой статьи 79 , статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона “О Конституционном Суде Российской Федерации”, Конституционный Суд Российской Федерации

определил:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Гармаева Никиты Эдуардовича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона “О Конституционном Суде Российской Федерации”, в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Председатель

Конституционного Суда

Российской Федерации

В.Д.ЗОРЬКИН

Источник: https://advokat-malov.ru/zakony-i-kodeksy/ugolovno-processualnyj-kodeks-rossijskoj-federacii/chast-2--dosudebnoe-proizvodstvo/razdel-viii--predvaritelnoe-rassledovanie/glava-22--predvaritelnoe-sledstvie/statya-162--ugolovno-processualnyy-kodeks-rf/sud-praktika-k-state-162-ugolovno-processualnyy-kodeks-rf-44437.html

Статья 162. Срок предварительного следствия

Судебная практика предварительное следствие

Статья 162. Срок предварительного следствия

1. Предварительное следствие по уголовному делу должно быть закончено в срок, не превышающий 2 месяцев со дня возбуждения уголовного дела.

2. В срок предварительного следствия включается время со дня возбуждения уголовного дела и до дня его направления прокурору с обвинительным заключением или постановлением о передаче уголовного дела в суд для рассмотрения вопроса о применении принудительных мер медицинского характера либо до дня вынесения постановления о прекращении производства по уголовному делу.

3. В срок предварительного следствия не включается время на обжалование следователем решения прокурора в случае, предусмотренном пунктом 2 части первой статьи 221 настоящего Кодекса, а также время, в течение которого предварительное следствие было приостановлено по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом.

4. Срок предварительного следствия, установленный частью первой настоящей статьи, может быть продлен до 3 месяцев руководителем соответствующего следственного органа.

5. По уголовному делу, расследование которого представляет особую сложность, срок предварительного следствия может быть продлен руководителем следственного органа по субъекту Российской Федерации и иным приравненным к нему руководителем следственного органа, а также их заместителями до 12 месяцев.

Дальнейшее продление срока предварительного следствия может быть произведено только в исключительных случаях Председателем Следственного комитета Российской Федерации, руководителем следственного органа соответствующего федерального органа исполнительной власти (при федеральном органе исполнительной власти) и их заместителями.

6.

При возобновлении производства по приостановленному или прекращенному уголовному делу, а также при возвращении уголовного дела для производства дополнительного следствия руководитель следственного органа, в производстве которого находится уголовное дело, вправе устанавливать срок предварительного следствия в пределах одного месяца со дня поступления уголовного дела к следователю вне зависимости от того, сколько раз оно до этого возобновлялось, прекращалось либо возвращалось для производства дополнительного следствия, и вне зависимости от общей продолжительности срока предварительного следствия. Дальнейшее продление срока предварительного следствия производится на общих основаниях в порядке, установленном частями четвертой, пятой и седьмой настоящей статьи.

6.

1. В случае возвращения прокурором уголовного дела следователю в связи с выявлением судом обстоятельств, указанных в частях первой и первой.2 статьи 237 настоящего Кодекса, срок производства следственных и иных процессуальных действий не может превышать одного месяца со дня поступления уголовного дела к следователю.

Дальнейшее продление срока предварительного следствия производится на общих основаниях в порядке, установленном частями четвертой, пятой и седьмой настоящей статьи.

6.

2. В случае возвращения судом уголовного дела руководителю следственного органа в связи с отменой постановления о прекращении уголовного дела или уголовного преследования в порядке, установленном статьей 446.5 настоящего Кодекса, срок производства следственных и иных процессуальных действий не может превышать один месяц со дня поступления уголовного дела к следователю.

Дальнейшее продление срока предварительного следствия производится на общих основаниях в порядке, установленном частями четвертой, пятой и седьмой настоящей статьи.

7. В случае необходимости продления срока предварительного следствия следователь выносит соответствующее постановление и представляет его руководителю следственного органа не позднее 5 суток до дня истечения срока предварительного следствия.

8. Следователь в письменном виде уведомляет обвиняемого и его защитника, а также потерпевшего и его представителя о продлении срока предварительного следствия.

Определение Конституционного Суда РФ от 28.02.

2017 N 465-О”Об отказе в принятии к рассмотрению жалоб гражданина Шагиева Аркадия Юрьевича на нарушение его конституционных прав рядом положений Уголовного кодекса Российской Федерации и Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, а также Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации “О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате”

Кроме того, по мнению заявителя, нормы статей 17, 73, 90, 140, 145, 146, 147, 149, 153, 155, 156, 157, 162, 171, 175, пункта 5 части первой статьи 236, статей 237, 252, 296, 299, части пятой статьи 302 и статьи 392 УПК Российской Федерации неконституционны в той мере, в какой предоставляют суду возможность возвращать прокурору уголовное дело для его соединения с другим уголовным делом, что фактически влечет дополнительное расследование и увеличение объема обвинения, позволяют органам предварительного следствия осуществлять расследование, а суду – судебное разбирательство по эпизодам деяний, по которым уголовное дело не возбуждалось, и не применять правила преюдиции в отношении обстоятельств, установленных решением суда по гражданскому делу, давать ему новую оценку.

Определение Конституционного Суда РФ от 28.02.

2017 N 453-О”Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Лентцкова Максима Вячеславовича на нарушение его конституционных прав рядом положений Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации”

части первой статьи 1 “Законы, определяющие порядок уголовного судопроизводства” и части второй статьи 162 “Срок предварительного следствия”, утверждая, что они позволяют признавать законным утверждение обвинительного заключения за пределами срока предварительного следствия, что, по его мнению, противоречит статье 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации;

Определение Конституционного Суда РФ от 29.09.2016 N 2232-О”Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Хруника Александра Юлиановича на нарушение его конституционных прав статьей 102 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации”

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении не влечет ограничений, соизмеримых с таким уголовным наказанием, как лишение свободы, и может быть применена в ходе предварительного расследования уголовного дела и в ходе судебного разбирательства, сроки которых ограничены законом (статьи 162, 223, 226.

6, 227 и 233 УПК Российской Федерации), отменена, когда в ней отпадает необходимость, или изменена, когда изменяются основания для ее избрания, предусмотренные статьями 97 и 99 данного Кодекса (часть первая статьи 110 УПК Российской Федерации).

Европейский Суд по правам человека указал в постановлении от 13 октября 2005 года по делу “Федоров и Федорова против России”, что обязательство не покидать место жительства является наименее суровой мерой, связанной с ограничением свободы, а потому одного срока применения данной меры пресечения в рассмотренном им деле (в одном случае более пяти, а в другом – более четырех лет) недостаточно для вывода о ее несоразмерности.

Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 23.08.2016 N АПЛ16-299Требование: О присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок.

Решение: В удовлетворении требования отказано, поскольку фактов затягивания органами предварительного следствия досудебного производства по уголовному делу и нарушения принципа разумности сроков осуществления уголовного судопроизводства не установлено, действия органов предварительного следствия признаны достаточными, эффективными и произведенными в целях своевременного осуществления уголовного преследования, право на судопроизводство в разумный срок по уголовному делу в отношении заявителя не было нарушено.

Как следует из решения суда и подтверждается материалами дела, за период судопроизводства по уголовному делу органами предварительного следствия проводились различные оперативно-следственные действия, были допрошены потерпевшие, свидетели, эксперты, назначены и проведены судебные экспертизы, обвиняемый неоднократно допрашивался и ему были предъявлены обвинения по ряду преступлений. Фактов затягивания органами предварительного следствия досудебного производства по данному уголовному делу и нарушения принципа разумности сроков осуществления уголовного судопроизводства, установленного частью 1 статьи 162 УПК РФ, не установлено. Действия органов предварительного следствия в указанный период правильно признаны достаточными, эффективными и произведенными в целях своевременного осуществления уголовного преследования.

Определение Конституционного Суда РФ от 19.07.2016 N 1627-О”Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Костарева Дениса Федоровича на нарушение его конституционных прав рядом положений Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации”

часть восьмую статьи 162 “Срок предварительного следствия”, утверждая, что она не содержит четких правил уведомления следователем обвиняемого и его защитника о продлении сроков предварительного следствия и это позволяет изготавливать и приобщать к материалам дела уведомление без регистрационного номера;

Определение Конституционного Суда РФ от 26.05.2016 N 1126-О”Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Морозова Максима Анатольевича на нарушение его конституционных прав пунктом 2 части первой статьи 39 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации”

Данное законоположение не предполагает, что названные действия могут быть совершены руководителем следственного органа с нарушением сроков, установленных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения сообщения о преступлении (части первая и третья статьи 144) и производства предварительного расследования (статья 162), и не освобождает его от обязанности своевременно выносить законные и обоснованные решения, которые, кроме того, контролируются прокуратурой – органом, осуществляющим надзор за процессуальной деятельностью органов дознания и предварительного следствия, а также могут быть обжалованы как вышестоящему руководителю следственного органа, прокурору, так и в суд (статьи 37, 124 и 125 УПК Российской Федерации).

Источник: https://legalacts.ru/kodeks/UPK-RF/chast-2/razdel-viii/glava-22/statja-162/

Практика применения Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации часть 1

Судебная практика предварительное следствие

ЧАСТЬ 1

ПРАКТИЧЕСКОЕ ПОСОБИЕ

АКТУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ,

РЕКОМЕНДАЦИИ СУДЕЙ ВЕРХОВНОГО СУДА РФ ПО ПРИМЕНЕНИЮ

УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА

НА ОСНОВЕ НОВЕЙШЕЙ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ

1. МЕРЫ ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ПРИНУЖДЕНИЯ

1.1. Избрание меры пресечения. Общие вопросы

Должен ли суд, избирая меру пресечения, учитывать мнение прокурора относительно судебной перспективы дела?

По общему правилу определение судебной перспективы дела — компетенция прокурора. Проблема, от решения которой уклоняется законодатель, — формирование позиции стороны обвинения при проведении конкретных процессуальных действий.

Если с ходатайством о заключении подозреваемого под стражу в суд идет дознаватель, то она автоматически совпадает с позицией выступающего в суде прокурора, несущего ответственность за судебную перспективу дела в целом. Если такое же ходатайство подается следователем, то его позиция с точкой зрения прокурора может и не совпадать.

Парадоксально, но факт: если прокурор отказался от обвинения в суде (даже на этапе подготовки дела к судебному заседанию), то такой отказ для суда обязателен.

Если прокурор не видит оснований для заключения обвиняемого под стражу, более того, из месяца в месяц, а то и из года в год последовательно утверждает, что последний подлежит освобождению из-под стражи, ибо само уголовное дело возбуждено в отношении него незаконно, законодатель снисходительно позволяет суду подобные рассуждения прокурора игнорировать.

Обязаны ли судьи, разрешая вопрос об избрании

меры пресечения, одновременно с этим разрешать

и противоречия, возникшие между органами

предварительного расследования и прокурорами?

Пример. По версии органов предварительного расследования, К. обвинялся в том, что мошенническим путем пытался приобрести право на чужое имущество стоимостью более 400 млн. руб., принадлежащее в том числе и федеральному государственному унитарному предприятию (ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК). К. был заключен под стражу.

18 июня 2013 г. органами предварительного следствия было возбуждено ходатайство о продлении срока содержания К. под стражей до 6 месяцев. В судебном заседании прокурор просил в удовлетворении ходатайства о продлении срока содержания под стражей отказать, мотивируя это тем, что К.

уже не может повлиять на результаты расследования. Постановлением от 26 июня 2013 г. Дзержинский районный суд г. Перми продлил срок содержания обвиняемого К. под стражей до 6 месяцев 7 дней. Прокурор в апелляционном представлении просил меру пресечения в отношении К.

изменить на подписку о невыезде, мотивируя это тем, что: 1) действиями обвиняемого ущерб не нанесен; 2) доказательств того, что К. препятствует следствию, нет. Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Пермского краевого суда от 3 июля 2013 г. в удовлетворении представления отказано.

При этом суд констатировал тот факт, что преступление К.

совершено вне сферы предпринимательской деятельности, упомянув при этом, что «суд не вправе входить в обсуждение вопроса о виновности лица в инкриминируемом ему преступлении и о юридической оценке его действий» (Апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Пермского краевого суда от 03.07.2013 N 22-5245. Архив Пермского краевого суда, 2013).

22 августа 2013 г. Дзержинский районный суд г. Перми, несмотря на то что прокурор поддержал ходатайство стороны защиты об освобождении К., вновь продлил срок содержания последнего под стражей (Постановление от 22 августа 2013 г. Архив Дзержинского районного суда г. Перми, 2013). 26 августа 2013 г.

помощник прокурора Дзержинского района г. Перми в очередной раз внес в суд апелляционной инстанции представление, в котором привел подробный анализ материалов уголовного дела в отношении К. и сделал вывод о том, что действиями обвиняемого вред не только не причинен, но и не мог быть причинен.

Более того, отсутствие данных о размере ущерба свидетельствует об отсутствии в действиях К. состава преступления (представление помощника прокурора Дзержинского района г. Перми от 26.08.2013 N 2814/2012. Архив прокуратуры Дзержинского района, 2013). Апелляционным постановлением от 30 августа 2013 г.

Пермский краевой суд изменил меру пресечения К. на домашний арест. При этом суд апелляционной инстанции, нисколько не усомнившись в правильности квалификации содеянного обвиняемым, не входя в обсуждение вопроса об ущербе, отвергнув возможность применения к нему положений ч. 1.1 ст.

108 УПК, выявил нарушения уголовно-процессуального закона, указав, что суд первой инстанции надлежащим образом не оценил данных о личности К.

Поместив обвиняемого под домашний арест, суд второй инстанции уклонился от обсуждения вопросов, связанных с питанием и медицинским обслуживанием К. (Апелляционное постановление Пермского краевого суда от 30.08.2013 N 22-6946. Архив Пермского краевого суда, 2013). Для решения данных проблем К. был вынужден обращаться к следователю за разрешением:

— покидать квартиру для покупки продуктов;

— участвовать в судебных заседаниях по обжалованию решений и действий (бездействия) следователя;

— вызывать скорую помощь и аварийные службы;

— посещать стоматолога, сдавать и получать анализы.

26 сентября 2013 г. Дзержинский районный суд г. Перми, отказав следователю в удовлетворении ходатайства о продлении К. срока домашнего ареста, изменил в отношении него меру пресечения на залог.

Приведенный пример показателен во многих отношениях.

Во-первых, суд избрал в отношении К. меру пресечения — заключение под стражу, несмотря на возражения прокурора. Причина — в излишнем доверии суда органам предварительного расследования.

Во-вторых, удивляет тот факт, что государство в уголовном процессе одно, а представляют его два участника процесса, которым законодатель позволяет иметь различные точки зрения по всем вопросам. Так, по делу К. прокурор последовательно просит обвиняемого освободить, ибо нет ни ущерба, ни препятствий для расследования.

В-третьих, прислушайся суд сразу к доводам прокурора и защиты, проблемы меры пресечения, вылившейся в многочисленные, как показало время, совершенно никому не нужные, дорого обходящиеся государству тяжбы, удалось бы избежать.

В-четвертых, помещая лицо под домашний арест, суд должен четко представлять, где обвиняемый будет жить, чем питаться, кто его будет лечить, где и с кем он может совершать прогулки.

Возложив на мать, сестру, мужа сестры обязанность по снабжению К. продуктами, следователь забыл, что права возлагать на кого-либо из них какие-либо обязательства у него нет.

Не является разумным запрет на телефонные переговоры с матерью, сестрой и мужем сестры, ибо им разрешено круглосуточное посещение обвиняемого.

Итог: следователь ограничил право обвиняемого заказать по телефону покупку лекарств.

Не основан на законе и ответ следователя о том, что выдача разрешения на прогулку — исключительная прерогатива суда. Судебный контроль за правами и свободами обвиняемого — явление разовое. Следователь данный вид контроля осуществляет непрерывно.

Сказанное означает, что решение всех частных вопросов — его компетенция. Поскольку у обвиняемого, которого содержат под стражей, есть право на прогулку, то нет оснований и на изъятие этого же права у обвиняемого, помещенного под домашний арест.

Имеют ли место случаи, когда люди содержатся под стражей,

а, по мнению прокуратуры, уголовного дела нет?

Пример 1. Постановлением Московского городского суда от 6 февраля 2013 г. уголовное дело в отношении Д., Г., Н. и др. в порядке ст.

237 УПК было возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом (Архив Московского городского суда, 2013).

Основание — отсутствие необходимых реквизитов в постановлении о привлечении лиц в качестве обвиняемых: не указаны точное время, место и способ их действий.

Источник: https://pravo163.ru/praktika-primeneniya-ugolovno-processualnogo-kodeksa-rossijskoj-federacii-chast-1/

Обзор судебной практики Рязанского областного суда от 01.07.2003 “Обзор нарушений процессуального закона, допускаемых органами предварительного расследования

Судебная практика предварительное следствие
РЯЗАНСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУДОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИОБЗОР НАРУШЕНИЙ ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ЗАКОНА,ДОПУСКАЕМЫХ ОРГАНАМИ ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО РАССЛЕДОВАНИЯВо исполнение указания Верховного Суда Российской Федерации о необходимости постоянного и систематического анализа нарушений процессуального закона, допускаемых органами предварительного расследования, которые влияют на сроки и качество рассмотрения судами уголовных дел, Рязанский областной суд направил соответствующее задание районным (городским) судам – представить информацию за первое полугодие 2003 года о выявленных недостатках при расследовании дел.Не представили требуемой информации Захаровский, Путятинский и Сараевский районные суды.Председатели пяти районных судов (Кадомского, Пронского, Путятинского, Чучковского и Шацкого) ответили, что следователи и работники органов дознания нарушений процессуального законодательства при расследовании не допускали.

Председатель Спасского районного суда сообщил, что отдельные

нарушения процессуального законодательства в стадии предварительного расследования имели место, но существенного влияния на качество и сроки рассмотрения дел и материалов они не оказали, так как были устранены в установленном законом порядке.Из полученных справок-информаций явствует, что случаи разнообразных нарушений процессуального законодательства со стороны следственных работников, которые снижают качество судопроизводства в целом и являются в ряде случаев неустранимыми при отсутствии института дополнительного расследования, наблюдались в большинстве районов области на всех этапах предварительного расследования, начиная от доследственной проверки и возбуждения уголовных дел и вплоть до направления их в суды и возвращения прокурору после проведенного предварительного слушания.Эти нарушения выражались в следующем:1. В ряде случаев не соблюдались сроки и порядок рассмотрения сообщений о преступлениях.Согласно ст. 144 УПК РФ органы расследования и прокурор обязаны проверить сообщение о любом совершенном или готовящемся преступлении и принять по нему решение в срок не позднее 3 суток со дня поступления сообщения. Прокурор, начальник следственного отдела и органа дознания вправе по ходатайству следователя, дознавателя продлить до 10 суток срок доследственной проверки. Однако установленные законом сроки зачастую нарушаются.В Старожиловском районе по делу Б-ко, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. “в“ ч. 3 ст. 158 УК РФ, материалы проверки из органа дознания поступили в следственное отделение ОВД через 13 дней после принятого сообщения, а дело возбуждено еще через несколько дней.В отношении П-ова дело возбуждено через 8 дней после регистрации сообщения, причем продление срока проверки с начальником органа дознания согласовано не было.

Это дело было возбуждено 23 августа 2002 года, а в качестве подозреваемого П-ов допрошен был в нарушение п. 1 ч. 2 ст. 46

УПК РФ только через неделю – 30 августа, тогда как закон предписывает делать это в течение 24 часов.Аналогичные нарушения допускались и по иным делам, а также в других районах области.2. Требования закона, обязывающие органы дознания при наличии признаков преступления возбуждать уголовное дело и производить неотложные следственные действия по закреплению следов преступления и установлению лица, его совершившего, не всегда соблюдаются. Это же правило о необходимости оперативного проведения следственных действий распространяется и на следователей по делам, подследственным следователям МВД, прокуратуры и др. следственных органов, которые первоначальные действия проводят нередко с существенными нарушениями.По делу Б-ова (Октябрьский район г. Рязани), обвиняемого по п. “б, в“ ч. 2 ст. 131 УК РФ, осмотр места происшествия вместо немедленного проведения после поступившего от потерпевшей заявления об изнасиловании 9 августа 2002 года был произведен только 28 октября и, естественно, результаты его не имели никакого доказательственного значения.В нарушение ст. 176 УПК следователь прокуратуры Сасовского района осмотр места происшествия по делу Ч-ева, обвиняемого по ч. 4 ст. 111 УК РФ, провел поверхностно, схему не составил, фотографирование в доме не производил.При расследовании дела в отношении Ч-ина (ст. 264 ч. 3) следователь Сасовского ОВД в протоколе осмотра не отразил состояние дорожного покрытия, что имело существенное значение для правильного разрешения дела.По двум последним делам при рассмотрении в суде для установления обстоятельств, касающихся места происшествия, пришлось допрашивать следователей, а по второму делу после допроса назначать автотехническую экспертизу, что привело к значительной затяжке рассмотрения дела по существу.

В ряде случаев, когда по “горячим следам“ требовалось проведение очных ставок для устранения значительных противоречий в показаниях потерпевшего и

подозреваемого, они не проводились, что привело к отказу обвиняемого от своих первоначальных показаний или к их изменению.3. Нередко в протоколах допроса данные о личности обвиняемых, потерпевших, свидетелей заполняются небрежно, в них не отражаются важные сведения, а сами допросы производятся схематично, поверхностно, без выяснения необходимых подробностей, имеющих существенное доказательственное значение.Предъявив обвинение Б-ову и С-ову по ст. 162 ч. 2 и 163 ч. 2 УК РФ, следователь, игнорируя требования ст. 171, 173 УПК РФ, тактические и методические правила допроса обвиняемого, по существу не допросил обоих обвиняемых по вмененным им эпизодам вымогательства, ограничившись записью в протоколе допроса, что “в постановлении все указано правильно“. В судебном заседании подсудимые виновными себя по этим эпизодам не признали и были оправданы по ч. 2 ст. 163 УК РФ – из-за отсутствия в деле показаний их на предварительном следствии и невозможности в связи с этим их оглашения в судебном заседании.В отношении подсудимого К-ова (ст. 158 ч. 2 УК) в обвинительном заключении было указано, что он содержится под стражей в учреждении ИЗ-62/1 г. Рязани. В судебном заседании установлено, что еще во время проведения предварительного следствия по делу К-ов был осужден Моршанским судом Тамбовской области за другое преступление и отбывает наказание в учреждении ЯМ-401/4, а по данному делу в отношении него избрана мера пресечения – подписка о невыезде. Поэтому на неоднократные требования суда конвой его не доставлял, ибо в следственном изоляторе г. Рязани его не было. При направлении дела в суд прокурор за судом его в соответствующем исправительном учреждении не перечислил, что повлекло неоднократное отложение дела слушанием (Сасовский район).

Нередко в

Источник: https://resheniya-sudov.ru/2007/49789/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.